главная страница правила rss экспертная площадка
 
 

Российский инвестиционный форум «Сочи-2018»

Пленарное заседание «Инвестиции в регионы – инвестиции в будущее»

 

Ключевая тема форума – «Формируя образ будущего». Программа представлена тремя основными тематическими блоками: «Новая региональная политика: совершенствуя управление», «Бизнес в регионах. Придать новый импульс», «Улучшая качество жизни».

На площадке форума работает выставка инвестиционных проектов регионов и компаний. 

Пленарное заседание форума

Из стенограммы:

Д.Медведев: Добрый день, уважаемые коллеги! Добрый день, уважаемые участники форума! Всех сердечно приветствую на Российском инвестиционном форуме.

Нам, как всегда, требуется актуальный взгляд на экономические возможности регионов – а этот форум позиционируется именно как региональный – и, конечно, на страну в целом. Чтобы эффективно вписать регионы в траекторию глобального развития.

Форум наш изначально был замышлен как инвестиционный. А инвестиции – это, по сути, выраженное через деньги внимание государства и частных компаний к какой-либо актуальной теме. По итогам прошлого года наблюдается оживление инвестиционной активности и экономической ситуации в целом. Однако этого недостаточно.

Важно, чтобы приток инвестиций не только обеспечивал работу традиционных отраслей, но и приводил к появлению новых. Если мы хотим построить сильную и здоровую экономику страны в целом, регионов, наше внимание должно быть сосредоточено на том, чтобы её структура была максимально разнообразной. А умение управлять этой структурой совершенствовалось. Именно в такой логике мы и стараемся действовать.

Два слова о текущей ситуации. Мы обеспечили макроэкономическую стабильность, о необходимости которой так долго говорили разные люди. Даже под санкциями наша экономика стала менее зависимой от внешних шоков и цен на сырьё. Мы довели инфляцию до рекордно низкого уровня – 2,5% в прошлом году.

По итогам января она снизилась до 2,2%, если считать к январю 2017 года. Но я напомню, потому что всё очень быстро забывается, что всего два года назад, в 2015 году, она была в пять раз больше, 13%. У нас устойчивая финансовая система и курс национальной валюты. У нас сбалансированный бюджет – в этом году он вполне может стать профицитным. И мы начинаем накопление средств в нашем суверенном фонде. Динамика валового внутреннего продукта вышла в плюс, пусть даже относительно небольшой, в том числе за счёт адресной поддержки отраслей. Не могу не отметить, и это результат уже нашей общей работы, что в стране собран рекордный за всю историю урожай зерновых. Это означает, что на селе новый уклад.

Нам предстоит развить все эти положительные тенденции. Мы знаем, на чём сконцентрировать усилия: прежде всего на создании стабильных и предсказуемых правил игры для бизнеса, на росте инвестиций, на дальнейшем улучшении бизнес-климата.

Сначала – об инвестициях. Бюджетные инвестиции, конечно, надо увеличивать, прежде всего инвестиции в человека. Это уже сейчас общее место. Нам нужны высокотехнологичная медицина, современное образование мирового уровня. И конечно, инвестиции в инфраструктуру. В строительство качественных дорог, мостов, энергосетей, коммуникаций – того скелета, на основе которого формируются «мышцы» экономики – современные производственные мощности.

Куда и когда вкладывать больше – это предмет особого анализа. Очевидно, что нужен баланс, его надо корректировать – исходя из того, что ситуация меняется. Но понятно и то, что одни бюджетные деньги не способны раскрутить экономику, поэтому надо стимулировать коммерческие инвестиции, создавать привлекательные для инвестора условия. А что надо инвестору? Мы это все понимаем, тем не менее ещё раз об этом скажу.

Первое и, может быть, важнейшее – это предсказуемость условий ведения бизнеса. Её обеспечивает стабильность налоговой системы, которая должна помогать бизнесу развиваться, а не радовать – в кавычках, конечно, – сюрпризами. Низкая инфляция, которая не должна выходить за определённые рамки. Мы говорили о 4%, сейчас она ещё ниже. Прозрачная и предсказуемая тарифная политика. Всё это расширит и доступность кредитных ресурсов, и горизонт планирования по бюджетным бизнес-проектам.

Второе. Инвестору важен спрос на продукцию и понимание конкурентного ландшафта. Государство не должно ставить бизнес в условия несправедливой, избыточной конкуренции, что у нас подчас существует. То есть не должно поддерживать создание в соседних регионах аналогичных производств, если это не обусловлено реальным спросом. Это подразумевает более чёткое планирование инвестиционных стратегий каждого региона и координацию с другими регионами.

Третье, что интересует инвестора, – наличие инфраструктуры. Её слабое развитие, ограниченность – одна из главных причин низкой инвестиционной активности. К тому же падение вложений в инфраструктуру в последние годы – как на федеральном, так и на региональном уровне – затормозило строительную отрасль и производство материалов. Это тоже сказалось на темпах экономического роста.

Ещё один инструмент, который мы готовимся запустить, – программа инфраструктурной ипотеки. По этому поводу существуют довольно горячие споры, в том числе внутри Правительства. Тем не менее очевидно, что такая программа позволит государству инвестировать в инфраструктуру в рассрочку – за счёт заёмных средств. В результате при том же уровне вложений мы сможем начать строительство большего числа объектов.

Есть, конечно, в этом определённые риски, которые нужно считать, но сам по себе этот проект весьма интересен. Сегодня на дискуссионных площадках, я думаю, мы об этом ещё поговорим.

Четвёртое, что очень важно, – это, конечно, дешёвые длинные деньги. Идёт последовательная работа над снижением кредитных ставок, прежде всего за счёт успешного таргетирования инфляции. Сейчас средние ставки по ипотеке и кредитам нефинансовым компаниям опустились ниже 10%. Буквально на прошлой неделе Центральный банк снова понизил ключевую ставку до 7,5% годовых и готов создавать более благоприятные условия для банков, которые кредитуют развитие производства.

Кроме того, мы создаём новые инструменты долгосрочного инвестирования. Год назад здесь же, в Сочи, я сформулировал идею фабрики проектного финансирования. Сегодня, хочу вас всех проинформировать, я подписал решение об утверждении программы «Фабрика проектного финансирования», а также правил предоставления субсидий ВЭБу для осуществления кредитных сделок в рамках работы этой фабрики. То есть эта фабрика создана, и сегодня мы подпишем ключевые соглашения о сотрудничестве Внешэкономбанка и коммерческих банков, а также об организации финансирования с инициаторами проекта. На начальном этапе таких проектов отобрано шесть. Общая сумма инвестиций – порядка 180 млрд рублей, в значительной степени это частные средства. Особое внимание при поиске проектных инициатив мы, конечно, будем уделять регионам.

Также год назад здесь же прозвучала идея о расширении программ кредитования малого и среднего бизнеса. За 2017 год по всем льготным программам выдано кредитов на сумму 670 млрд рублей. Это привело к снижению конечных ставок для заёмщиков на 3% в целом по рынку. В этом году мы запустили обновлённую программу. Для кредита в инвестиционных целях конечная ставка составит 6,5% при максимальном лимите в 1 млрд рублей. Для участия в программе отобрано 15 банков, и регионы должны включиться в эту работу.

Ещё один хороший пример инструментов долгосрочного инвестирования – это выпуск облигаций федерального займа для физических лиц. Их продажа стартовала весной прошлого года. Первая же эмиссия была раскуплена очень быстро. В итоге граждане нашей страны приобрели ОФЗ на сумму порядка 30 млрд рублей. Мы видим, что наши люди доверяют этим ценным бумагам – в силу их надёжности и разумной доходности – и собственными средствами участвуют в развитии страны. Поэтому я поручаю Минфину проработать вопрос об увеличении объёма эмиссии в 2018 году по таким бумагам до 100 млрд рублей. Считаю правильным распространить эту практику и на региональный уровень, чтобы субъекты Федерации были заинтересованы в выпуске своих ценных бумаг для физических лиц. Тем более что такой опыт есть уже у 10 регионов и даже у одного муниципалитета.

Всё, о чём я сейчас говорил, касается делового климата. И всё же о нём нужно сказать отдельно. В последние годы мы проделали довольно энергичную работу по улучшению условий ведения бизнеса, и это не наше личное мнение. Вы знаете, в рейтинге Doing Business, который мы приводим в пример, с 2011 года Россия постоянно улучшала свои позиции: с 124-го места поднялась на 35-е в 2017 году. И теперь мы находимся на сопоставимом с крупнейшими экономиками мира уровне.

Однако российский бизнес не всегда разделяет оптимизм этих оценок, и это понятно. Проблем по-прежнему много, в частности на региональном уровне. Поэтому сделать нужно больше, особенно по строительству, корпоративному управлению, таможенному регулированию – это уже федеральный уровень. И прежде всего – в сторону цифровизации отношений бизнеса и государства.

У нас за последние годы накоплен неплохой опыт цифровизации отношений между гражданином и государством. Здесь мы продвинулись вперёд, это очевидно. Благодаря сети многофункциональных центров, порталов услуг люди экономят время и силы. А бизнес пока вынужден работать во многом по-старому. Это нужно исправить и максимально «оцифровать» взаимодействие бизнеса и государства. Прежде всего на тех участках, где существует соблазн использовать властные отношения в своих интересах, – чтобы исключить всякую возможность надавить на предпринимателей.

Ещё одна проблема для предпринимателей – отчётность. Цифровизация, безусловно, поможет сократить её, где-то вовсе от неё отказаться. Простой пример: благодаря повсеместной установке онлайн кассовых аппаратов мы вплотную подошли к существенному сокращению, а кое-где даже и к отмене налоговой отчётности для определённых групп малого и среднего бизнеса. Данные об операциях напрямую поступают в госорганы.

Есть отчёты, которые дублируют друг друга. При этом получаемая информация зачастую просто не используется, а накапливается в бумажном виде. Надо вывести эту проблему на совершенно другой уровень, надо её решить. В самой системе сбора данных мы должны не просто избавиться от дублирования, а постепенно от сбора отчётности переходить к доступу к первичной информации, как мы это сейчас делаем, скажем, внедряя систему контрольно-кассовой техники. Мы должны начать построение национальной системы управления данными на базе Росстата, и в этом смысле важно, чтобы этим занялось Минэкономразвития – в ближайшее время подготовило приоритетный проект Правительства по этому вопросу.

Избавить предпринимателей от излишней административной опеки должна и реформа контрольно-надзорной деятельности. В Государственной Думе находится законопроект, который систематизирует все виды государственного контроля. Должна быть создана система «умного» контроля. Уже сейчас контролирующие органы обязаны публиковать перечень требований к тем, кого они проверяют. Заработал единый реестр проверок. Эффективность контроля мы начинаем мерить не штрафами и санкциями, а тем, как ведётся работа по профилактике нарушений. В целом эта работа будет продолжена. Более того, во многом от эффективной работы контрольных органов зависит бизнес-климат и ситуация на местах. Важно, чтобы главы регионов были координаторами проведения этой реформы с участием и местных контролёров, и, конечно, местного бизнеса.

Страна у нас очень большая и живёт очень по-разному. Жизнь на Итурупе, в Севастополе или, скажем, в Питере, а тем более в столице – это совершенно разная жизнь. Здесь нет ничего сверхъестественного, это обычно для крупных государств, тем более имеющих такую колоссальную территорию. Но жизнь в каждом конкретном месте может стать лучше. В любом городе, в любом регионе могут быть созданы возможности, могут появиться новые места и, как принято сейчас говорить, появиться новые смыслы. Для этого нужно найти ключ его развития – перспективную специализацию, конкурентное преимущество, найти своё лицо. В этом должна помочь Стратегия пространственного развития на период до 2025 года. Работа над ней завершится в этом году. Ответы, которые стратегия должна дать: каковы конкурентные преимущества и перспективные специализации для каждого российского региона, как воплотить в жизнь потенциал каждой части нашей страны, сделать этот потенциал востребованным для бизнеса. Практическим результатом стратегии должен стать тот самый инфраструктурный каркас.

При разработке стратегии нужно исходить из двух главных моментов. Во-первых, на карте должны появиться не только мегапроекты, но и множество точек для приложения сил малого и среднего бизнеса. Чтобы развивались не только центры глобальной конкуренции – мегаполисы, агломерации, хотя это очень важно, но и появлялось как можно больше центров иного масштаба. Речь идёт о малых и средних поселениях, где нужно выделить одно-два конкурентных направления (подчёркиваю: не много, иначе это всё будет распылено и никакого эффекта не даст, а именно одно-два) и сосредоточиться на них.

В нашей стране около тысячи таких мест. Проживает в них почти 30 млн человек. Это нужно иметь в виду. Примеры есть, они достаточно часто упоминаются. Такие небольшие поселения, как Великий Устюг, Мышкин, Таштагол, и многие другие – хорошие тому примеры, где вокруг одной темы крутится малый и средний бизнес. Конечно, свои точки роста должны быть и в сельской местности, но здесь работает программа развития сельского хозяйства.

Во-вторых, планы регионов по созданию собственной инфраструктуры должны быть увязаны между собой. Ведь дороги не заканчиваются на территории одного региона, они перетекают в другой, и мы все неоднократно сталкивались с ситуацией, когда переезжаешь границу одного региона, попадаешь на территорию другого, и качество дороги радикальным образом отличается. Просто едешь – с одной стороны автобан, а с другой стороны «военная дорога». Это плохо, конечно. Очевидно, что некоторые важные проекты не видят свет из-за отсутствия тех же дорог, объектов энергетики, водоснабжения. Например, Забайкальский край имеет потенциал в добывающих секторах, однако есть дефицит электроэнергии. В Хакасии есть проекты в области сырья, но дороги плохие. Инфраструктура уникального Великого Новгорода не соответствует абсолютно его туристическому потенциалу. Рыбохозяйственный комплекс Сахалина недобирает также из-за электроэнергетики и некоторых других сдерживающих моментов. Список можно продолжать – ограничители есть в каждом регионе, мы это знаем. Но за этими возможностями тысячи рабочих мест и, конечно, доходы. Вместе с руководством регионов надо определить, какие объекты инфраструктуры, в каком порядке и где нам нужно строить. Подчёркиваю, нужно именно взаимоувязать эти планы.

В целом все усилия, которые предпринимаются на федеральном уровне, будут иметь эффект только при деятельной поддержке региональных и местных властей. Да, есть территории, которым тяжелее, чем другим, мы это понимаем. Так просто природа распорядилась, так историческое развитие происходило. И мы будем искать, конечно, способы поддержать тех, кому это нужно. Но главная цель – создать условия, в которых региональные и местные власти могли бы самостоятельно решать задачи в собственной экономике и социальной сфере. Это заложено в утверждённых Президентом Основах региональной политики. Именно на это был направлен ряд последних решений в сфере межбюджетных отношений. Завтра мы на эту тему подробно поговорим со всеми руководителями регионов.

Общий объём межбюджетных трансфертов в этом году превысит 1,7 трлн рублей, это приблизительно на 2,5% больше, чем в прошлом году. Это огромный финансовый ресурс. Использовать его региональные и местные власти должны с максимальной отдачей, наращивая экономический потенциал территорий, повышая комфортность жизни для людей.

Чтобы поддержать этот процесс, мы создали ряд стимулов. Выделение господдержки теперь поставлено в строгую зависимость от результатов, которых добилось руководство регионов. Чтобы получить такую поддержку, региональные власти должны взять обязательства по развитию собственной экономики и оздоровлению финансов с ответственностью за их исполнение. Причём чем выше дотационность бюджета, тем жёстче условия. И конечно, нужно всячески поддерживать самостоятельность регионов, предоставляя им больше свободы.

С прошлого года за достижения наивысших темпов роста выделяются гранты. А с этого года в региональные бюджеты возвращается прирост налога на прибыль организаций (порядка 36 млрд рублей).

Мы продолжим всесторонне совершенствовать инвестиционный климат и по этому направлению. Такие же подходы можно было бы распространить и на отношения уровнем ниже – между регионом и муниципалитетом.

Мы понимаем, что вне зависимости от того, растёт ли экономически сейчас регион или пока только ищет точки роста, наши люди, граждане нашей страны, живут, что называется, именно сейчас.

Наша региональная политика направлена на то, чтобы люди хотели жить именно на своей земле, чтобы они не уезжали в поисках лучшей жизни. Потому что именно в своём регионе должны быть созданы все необходимые условия, должна быть работа с достойной зарплатой. Должна быть хорошая больница, хорошая школа, детский сад. Должна быть пенсия приличная, должна быть поддержка государства. В конце концов, основной признак сильной экономики – это социальное благополучие людей.

Безусловно, всеми этими направлениями социальной сферы мы будем заниматься, будем опираться на тот опыт, который получили в ходе выполнения майских указов Президента 2012 года, на те позитивные изменения, которые достигнуты, и на опыт, в том числе не всегда простой, подчас сложный, который был в ходе исполнения этих указов сформирован.

Указы в этом смысле задали очень высокую планку работы. И поэтому мы должны сделать ещё больше, чтобы решить те проблемы, которые действительно волнуют людей. Наш великий писатель Антон Павлович Чехов когда-то сказал фразу, которая, на мой взгляд, относится к любой сфере жизни, и к нашей с вами работе тоже: «Если вы будете работать для настоящего, то ваша работа выйдет ничтожной. Надо работать, имея в виду будущее». То есть всегда видеть будущее, всегда видеть новые горизонты.

Все вместе мы с вами работаем, чтобы наша страна развивалась, чтобы она двигалась вперёд, чтобы успехи регионов были ощутимы не только внутри самой территории, но и во всей стране, а может быть, даже и в международных масштабах. Такую Россию мы с вами строим. И нет сомнения, что мы добьёмся этого результата.

А.Шаронов (модератор пленарного заседания, президент Московской школы управления СКОЛКОВО): Министр экономического развития Максим Орешкин. Максим, я хотел задать Вам вопрос, который касается приоритетов для бюджетных инвестиций. Система инвестиций не новая, и для большинства людей в этом зале это часть их КПЭ, они этим занимаются профессионально. Какова Ваша позиция по поводу приоритетов для бюджетных инвестиций, создания стимула для внебюджетных инвестиций?

Очевидно, что многие страны решают значительную часть своих проблем за счет внебюджетных инвестиций, и мы к этому стремимся, это тоже не новость. С какими ограничениями мы сталкиваемся, какие альтернативы есть перед нами для стимулирования инвестиций в регионы?

М.ОрешкинЯ думаю, не надо так четко разделять – бюджетные инвестиции, небюджетные инвестиции. Нужно всегда стараться, чтобы потенциал привлечения внешних средств, небюджетных, был использован по максимуму, и чем больше будет этот мультипликатор частного финансирования относительно средств, потраченных из бюджета, тем больше мы сможем сделать проектов, тем сильнее и активнее будет двигаться экономика вперед.

То, что могло бы запустить, такая база для серьезного наращивания объема инвестиций в нашей стране, – конечно, инфраструктура, потому что здесь целая россыпь эффектов, которые мы можем наблюдать.

Есть абсолютно технические вещи. Вот мы посмотрели статистику – у нас весь строительный сектор за последние шесть лет, в первую очередь из–за сокращения инвестиционной активности на уровне федерального бюджета, на уровне региональных бюджетов, отстал от динамики ВВП: строительство – на 4,5%, строительные материалы – процентов на 9. Общий эффект, если посмотреть по всем отраслям, – это порядка 1% ВВП, это то, что мы сейчас теряем, и то, что мы можем получить довольно просто за счёт повышения здесь инвестиционной активности.

Есть истории стандартные, о которых все говорят, – мультипликативный эффект частных инвестиций, всё, что связано с появлением новых сегментов экономики, связанных с транзитом и т.д. Я хотел бы две вещи проакцентировать.

Первое. Мы часто говорим, что надо увеличивать долю малого бизнеса, но нужно понимать, что малому бизнесу, так же как любому крупному бизнесу, нужна инфраструктура. Просто эта инфраструктура зачастую другого порядка – это развитие городов, создание правильной городской среды, это то, что тянет за собой активное вовлечение малого бизнеса. Это то, что мы видим в той же Москве, где идут активные инвестиции в городскую среду и одновременно создаётся пространство для развития большого количества малых бизнесов.

Ещё один момент, который очень важен, который очень сложно посчитать, – это влияние новой инфраструктуры, новой городской среды на сознание людей. Просто приведу один пример.

Когда проходил конкурс «Лидеры России», я встречался с одним молодым человеком из Ростова, где открылся новый великолепный аэропорт «Платов». Я его спрашиваю, какое впечатление от нового аэропорта Вы получили? Он говорит, у меня была ситуация, когда я улетал в Москву из старого аэропорта, а, возвращаясь в Ростов, прилетел уже в новый аэропорт. Говорит, у меня даже слезы на глаза навернулись, потому что я не понял, куда я прилетел, потому что это не Ростов.

И на самом деле, когда входишь в аэропорт, видишь, что люди себя начинают вести по-другому, просто среда оказывает очень серьезное влияние на человека. И это эффект, который невозможно просто так оценить, – на самом деле, он очень глубокий и имеет долгосрочные положительные последствия с точки зрения всей экономики.

А.Шаронов: Когда Вы говорите об инфраструктуре, Вы имеете в виду конкретно какую-то инфраструктуру – дорожную инфраструктуру, телекоммуникационную инфраструктуру, или это большого значения уже не имеет?

М.Орешкин: Здесь важно, чтобы эта инфраструктура имела так называемые положительные социально-экономические эффекты.

Ведь в чём отличие инфраструктурного проекта от простого инвестиционного? У простого инвестиционного проекта все денежные потоки сосредоточены внутри, и поэтому здесь работают стандартные рыночные механизмы финансирования, банковское кредитование и т.д. А у инфраструктурного проекта значительная часть эффектов находится вокруг него, и риск получают другие компании, которые платят налоги и т.д.

Вот нужны такие проекты, которые, с одной стороны, меняют сознание людей, с другой стороны, конечно же, оказывают положительное влияние на экономику вокруг себя и создают новые драйверы для роста.

А.Шаронов: Ровно по этой причине очень трудно привлекать частные инвестиции и, честно говоря, немногим странам это удаётся.

Что у нас происходит с точки зрения  привлечения частных инвестиций в инфраструктуру, почему что-то получается и что-то не получается и какова политика Министерства?

М.Орешкин: Здесь просто всегда есть проекты, которые обладают настолько мощными эффектами, что даже денежный поток, который они собирают, более чем достаточен для того, чтобы окупить проект.

А.Шаронов: Например?

М.Орешкин: «Западный скоростной диаметр» в Санкт-Петербурге – это проект, который превзошел все прогнозы по сбору денежных средств. Соответственно, это проект, который и большой эффект для развития города дал, и одновременно с этим сам себя окупает.

Но понятно, что если мы будем смотреть только на самоокупаемые проекты, их количество будет очень маленькое, поэтому механизм концессии, механизм государствено-частного партнерства активно развиваются, развиваются в разных сферах, но всё равно количество проектов, которые будут развиваться исключительно за счёт собственного денежного потока, ограничено. Поэтому здесь всё-таки комбинация государственного ресурса, частных вложений, удешевления частных вложений – это то, что способно раскрыть дорогу для значительного увеличения количества проектов.

А.Шаронов: И еще одна тема – тема конкуренции – конкуренции вообще, конкуренции между регионами за инвестиции, конкуренции между компаниями и недобросовестной конкуренцией, которая тоже влияет на инвестиционный климат, на привлечение инвестиций.

М.Орешкин: У нас, я считаю, есть в стране такая серьёзная проблема, с которой, конечно, нужно в ближайшие годы справляться, – это региональный протекционизм.

У нас  часто регионы, ограничивая систему госзакупок, различные инвестиционные соглашения когда заключают, все говорят, что давайте делайте у нас, мы здесь будем делать всё, полный цикл. И вот такое, наверное, самое яркое проявление этой истории – это цементная отрасль, где каждый регион хочет обязательно иметь свой цементный завод именно в своём регионе, чтобы, не дай Бог, у соседей ничего не купить. И эта история привела к тому, что загрузка у нас цементной отрасли ниже 50 процентов. То есть все понастроили, но загрузки и спроса адекватного нет.

А.Шаронов: Но ведь это частные деньги, это же частники рисковали этими деньгами!

М.Орешкин: Знаете, если речь о госзаказе на стройки, которые ведутся внутри региона, и условием для того, чтобы получить доступ к этому госзаказу является производство в этом регионе, то, конечно, деньги частные и они не в проигрыше.

Д.Медведев: Нужны частные деньги. Но по просьбе губернаторов рисковали.

А.Шаронов: Понятно.

М.Орешкин: Важно понимать, что такие инвестиции к увеличению выпуска не приводят. Да, здесь такой завод построили, а в соседнем регионе он сразу закрылся, потому что производить ему нечего. Эффект на экономику получается нулевой.

Здесь на самом деле история главная в том, что максимальная производительность всегда достигается с точки зрения специализации. Если ты специализируешься на том, что у тебя получается лучше всего, то экономика в целом, мир в целом на самом деле становится сильнее и лучше.

Мне один знакомый рассказывал историю, он с американцами как раз про производительность труда и про специализацию общался. Ему американец сказал следующую вещь: «Знаешь, в чём у нас разница большая? У вас в России один человек бутылку водки открывает и он же разливает, а у нас в Америке один её открывает, второй разливает, но каждый из них делает это лучше всех в мире.»

А.Шаронов: Нет, у нас в России очень часто один открывает, он же разливает и он же пьёт. Поэтому тема очень всеобъемлющая.

И к чему этот пример, что настолько можно делить виды деятельности, избегая этой вертикальной интеграции, которая у нас в России тоже достаточно распространена?

М.Орешкин: Не нужно стараться иметь всё у себя. Нужно специализироваться на том, что ты делаешь лучше  всего и только в партнёрстве, в сотрудничестве, в том числе, между регионами. Эффект общий будет гораздо лучше. Не надо пытаться  перетягивать друг у друга, а лучше совместно реализовывать. И Дмитрий Анатольевич об этом говорил, с точки зрения тех же инфраструктурных проектов, инвестиционных проектов – это координация между регионами, потому что это то, что будет давать выгоду для всей страны.

А.Шаронов: Но губернаторы все здесь сидят. В чём будет состоять политика Министерства для того, чтобы объяснить или, как бы это мягко сказать, простимулировать их избегать такого рода решений, которые убивают не только собственную эффективность, но и эффективность соседей, которая до этого существовала?

М.Орешкин: Для этого есть не наше Министерство, у нас есть специальная служба – называется Федеральная антимонопольная служба. Это её мандат,  и она активно старается этим заниматься.

А.Шаронов: Но она формально заинтересована в росте конкуренции и она, скорее, будет двигаться в том направлении, чтобы заводов было больше.

М.Орешкин: Она заинтересована в том, чтобы конкуренция искусственно не ограждалась теми мерами, которые принимаются на региональном, на других уровнях. Поэтому, я думаю, тут Игорь Артемьев более чем справится.

А.Шаронов: Дмитрий Анатольевич, может быть, Вы в конце прокомментируете этот момент? Я имею в виду, Вы сказали в своем выступлении по поводу, скажем, неэффективной конкуренции, которая приводит к «закапыванию» ресурсов и снижению эффективности уже существующих ресурсов.

Д.Медведев: Хорошо.

А.Шаронов: Я хочу попросить взять слово Алексея Комиссарова. Алексей Комиссаров возглавляет Высшую школу государственного управления при Академии народного хозяйства, и он возглавлял проект, который закончился буквально три дня назад в двух километрах от этого места, – это проект «Лидеры России», который в «Сириусе» прошел завершающую фазу.

Думаю, что многие знают об этом проекте, но я назову буквально несколько цифр: 200 тыс. заявок со всей России, несколько этапов отбора, в полуфиналы попало порядка 2,5 тыс. человек. В финале было 300 человек и победителей 100 человек. Очень интересный опыт. Я хотел бы, чтобы Алексей коротко рассказал об этом, обратив внимание на то, какие ожидания у участников, особенно у победителей. Мы получили список «лидеров России»: что они хотят сделать в России?

А.Комиссаров (проректор РАНХиГС, директор Высшей школы государственного управления при РАНХиГС)Дмитрий Анатольевич в своём выступлении в самом начале сказал о необходимости увеличения инвестиций, прежде всего, в человека, и конкурс «Лидеры России» как раз про это. Он не про карьерные задачи, он про поиск и выявление талантливых руководителей в самых разных сферах: и в бизнесе, и в медицине, и в промышленности, и в госуправлении, и про их дальнейшее развитие через образование, поскольку все финалисты получили образовательный грант, и через работу с наставниками.

Пользуясь случаем, поскольку и на сцене, и в зале очень много наставников, которые принимали активное участие, особенно в финале, я хотел бы их поблагодарить, поскольку, когда мы спрашивали участников о том, зачем вы подаёте заявку, мы ожидали, что самым популярным ответом будет ответ о каких-то карьерных устремлениях. Оказалось, нет. Два самых популярных ответа – это как раз возможность общения с наставниками и возможность сравнить себя с другими, вообще посоревноваться по той тематике, по которой таких соревнований не было.

Наставники не дадут соврать, у нас были ситуации, когда прямо во время финала кому-то предлагали: приходи ко мне работать на государственную службу, а участники говорили, спасибо большое, очень интересно, очень бы хотелось с вами пообщаться и послушать о вашем опыте, получить какие-то советы, но переходить я не хочу, потому что я работаю в бизнесе, у меня своя компания, или кто-то работает в медицине (например, один из участников – известный кардиохирург, который управляет медицинской клиникой). Самое главное – вот это, самое главное – это развитие, а не карьерные устремления.

Поэтому что будет дальше с этими победителями, мы все, наверное, посмотрим. Повторюсь, что их должности и их продвижение – это точно не самоцель, но, тем не менее, знаю, что многие смотрят вперёд, на какое-то развитие.

Мне кажется, что – а основная тема нашей дискуссии это инвестиции и будущее этих инвестиций – вот именно от таких людей во многом наше будущее зависит. Ведь, когда мы смотрим на инвестиционный рейтинг регионов, мы прекрасно понимаем, что, в первую очередь, это рейтинг, собственно, губернаторов, команд губернаторов, а не территорий. Мы прекрасно знаем примеры, когда не самые, наверное, привлекательные с точки зрения инфраструктуры и территориального расположения регионы оказываются на гораздо более хороших позициях.

Вообще, сейчас мир настолько быстро меняется, и мы все время про это говорим, все про это говорят. Меняются требования к управленцам, меняются требования, в том числе, к госуправленцам, меняются требования к чиновникам, об этом говорится не только в нашей стране. Многие требования к компетенциям становятся совсем другими, идет движение, скажем, от такого бухгалтерского подхода к инвестиционному, от выполнения каких-то ключевых показателей эффективности – к харистическому подходу, к такому взгляду на картинку целиком, от отраслевой – к межотраслевой специализации, от преактивных действий – к стратегическому лидерству и т.д.

Очень важный момент, что везде наблюдается подход от избегания рисков к принятию этих рисков. Это, мне кажется, ключевая история для нашей страны сегодня, потому что борьба с коррупцией, которая сейчас активно ведётся, это, безусловно, важное и необходимое направление, но она не должна превращаться в тотальное ограничение для руководителей, которые принимают решение на федеральном и на региональном уровнях. Именно в сфере инвестиционной политики это особенно важно, поскольку невозможно заниматься инвестициями без риска. Более того, чем выше прибыльность от инвестиций, чем выше потенциальный доход от каких-то вложений, тем выше риск. Это азы бизнеса, эта зависимость всегда существует линейно.

Если мы хотим повысить инвестиционную привлекательность, если мы хотим повысить результаты, мы, конечно, должны об этом думать. Понятно, что госслужащие не могут рисковать так же, как это может себе позволить бизнес, но тем не менее страх какого-то серьезного наказания даже за минимальный риск приводит к тому, от чего мы все страдаем, что легче и безопаснее становится запрещать что-то, ограничивать и ничего не делать, чем заниматься реальным развитием.

Мне кажется, что эту ситуацию можно улучшить тремя способами.

Первый – это, конечно, изменение правоприменительной практики в направлении смягчения подходов к оценке таких рискованных решений. Есть много сфер, где ошибки недопустимы, но есть как минимум институты развития, которые точно должны такое право на ошибку иметь, если, естественно, речь не идет о личном обогащении.

Второй - это учеба, образование – «учиться, учиться и учиться». Вы знаете, я попробовал небольшое собственное исследование провести, оно, конечно, не полностью репрезентативно, но тем не менее. Я посмотрел, как учатся наши губернаторы, руководители, как они участвуют в продвижении, в обучении своих сотрудников, своих команд. Мне кажется, что получается прямая корреляция между тем, как люди относятся к образованию, как они вкладываются в это, как вкладывают свои команды, и теми результатами, которые получаются. Я думаю, что если внимательнее ещё это поизучать, то мы точно получим совершенно конкретные цифры.

У нас в Академии народного хозяйства и государственной службы сейчас есть несколько программ, которые, мне кажется, передовые, вполне на мировом уровне, – это управленческое мастерство, развитие региональных команд; это программа подготовки высшего кадрового резерва, которую мы реализуем совместно с корпоративным университетов Сбербанка, с Высшей школой экономики, со школой управления СКОЛКОВО; программа по развитию моногородов, которая тоже со СКОЛКОВО делается. Это три разные программы, но в каждой мы видим реальные результаты, мы видим появление команд, которые потом реализуют совершенно конкретные проекты в своих регионах. Это очень важно.

Здесь мы все должны понимать, что учиться не стыдно, стыдно не учиться, что нам нужно делать так, чтобы у руководителей самого разного уровня было отношение именно такое к образовательной повестке, а не такое, что, если я пошёл учиться, значит, я чего-то не знаю, мне должно быть стыдно, я какой-то некомпетентный человек. Это неправильно.

У меня на днях журналисты в связи с «Лидерами России» спрашивали про то, какой должен быть возраст современного управленца, и должны ли старые руководители уступать дорогу молодым. Мне на эту тему очень нравится высказывание итальянского поэта Артуро Графа о том, что, в сущности, старость начинается с того момента, когда человек утратил способность учиться. Явно вопрос не в возрасте, а вопрос в том, как готовы руководители на самых разных уровнях к тем изменениям, которые происходят.

Третье. Поиск и привлечение новых людей. Я лично совсем далёк от мысли, что надо всех поменять. У нас есть такие руководители, которые работают в своих регионах давно, и, мне кажется, дай Бог, чтобы ещё долго работали и развивали свои регионы, делали это также успешно, но уверен, что стоять на месте нельзя, и должна быть более длинная «скамейка запасных», должна быть возможность для отбора людей, должна быть возможность для их продвижения. Как раз конкурс «Лидеры России» в том числе – один из элементов этой системы просто для поиска таких современных управленцев.

Продолжение следует... 

***

Документы, подписанные по окончании пленарного заседания форума «Сочи-2018»

В присутствии Председателя Правительства Дмитрия Медведева были подписаны следующие документы:

Двусторонние соглашения о сотрудничестве между государственной корпорацией «Банк развития и внешнеэкономической деятельности (Внешэкономбанк)» и указанными банками в области создания и реализации механизма «фабрика проектного финансирования»

Подписали: президент ПАО «Сбербанк России» Герман Греф, председатель правления АО «Газпромбанк» Андрей Акимов, президент ПАО «Банк ВТБ» Андрей Костин

Соглашение между Российским фондом прямых инвестиций и государственной корпорацией «Банк развития и внешнеэкономической деятельности (Внешэкономбанк)» о сотрудничестве в области создания и реализации механизма «фабрика проектного финансирования»

Подписали: генеральный директор Российского фонда прямых инвестиций Кирилл Дмитриев, председатель Внешэкономбанка Сергеей Горьков

Соглашение между Правительством Новгородской области и открытым акционерным обществом «Российские железные дороги» о взаимодействии и сотрудничестве на 2018-2020 годы

Подписали: губернатор Новгородской области Андрей Никитин, генеральный директор - председатель правления ОАО «РЖД» Олег Белозеров

Договор на выполнение комплекса работ, включая проектные, монтажные, пуско-наладочные работы, и поставку гидравлической системы торможения, сортировки и управления сортировочной горкой на сортировочной станции Панагия

Подписали: президент компании «Сименс» в России Дитрих Мёллер, председатель совета директоров АО «ОТЭКО» Мишель Литвак

Источник: Правительство РФ

/static/img/blogs/link16x16px.png /static/img/blogs/vkontakte16x16px.png /static/img/blogs/facebook16x16px.png /static/img/blogs/twitter16x16px.png /static/img/blogs/blogsmailru16x16px.png /static/img/blogs/google16x16px.png

15 февраля 2018 года, 15:40